1920-е годы, США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке). Дама по имени Анна Джарвис зашла пообедать в чайную при универмаге Wanamaker’s в Филадельфии. Посреди предложенных блюд она увидела «Салат ко Деньку мамы». Она заказала салат, а когда его подали, встала, бросила его на пол, оставила средства на оплату и в раздражении вышла из кафе. Несколько годов назад Анна Джарвис была той, кто выдумал этот праздничек, и приложила много усилий к тому, чтоб общество приняло его. Сейчас же она терпеть не могла его всей душой. Как так вышло, рассказываем в нашем нынешнем материале.

Во время Штатской войны мама Анны, Энн Джарвис, ухаживала за ранеными с обеих сторон конфликта. Тогда же она пробовала установить мир меж матерями боец, выступающих как на стороне Союза северных штатов, так и Конфедерации южных штатов, и выдумала проводить мероприятия, приуроченные ко Деньку дружбы матерей.

Анна Джарвис

Когда Энн Джарвис скончалась в 1905 году, ее дочь была опустошена. Она опять и опять перечитывала письма с соболезнованиями и благодарностями в адресок ее мамы. Джарвис-младшая выдумала, как лучшим образом увековечить память о собственной мамы и те добрые дела, которые она сделала. Так Анна выдумала закрепить в календаре денек, когда будут чествовать всех матерей.

1-ые мероприятия в честь этого прошли 10 мая 1908 года в церкви, где Энн Джарвис преподавала в воскресной школе в Графтоне, Западная Вирджиния, и в универмаге Wanamaker’s в Филадельфии. Анна не смогла находиться на мероприятии в Графтоне, но прислала 500 белоснежных гвоздик — возлюбленный цветок ее мамы. Гвоздики должны были носить сыновья и дочери в честь их собственных матерей, а сами цветочки символизировали чистоту материнской любви.

Анна Джарвис была полностью неутомима в продвижении собственной инициативы: писала письма в газеты, завлекала спонсоров — одним словом, всеми силами пробовала распространить информацию и создать праздничек массовым.

Ей помогали безбедные покровители, такие как Джон Ванамейкер (узнаваемый бизнесмен и обладатель того самого универмага в Филадельфии, его также именуют папой современной рекламы и маркетинга) и Генри Джон Хайнц (основоположник конторы по производству товаров питания H. J. Heinz Company). Скоро Джарвис предназначила все свое время пропаганде Денька мамы.

Генри Джон Хайнц

В 1909 году несколько сенаторов высмеяли саму идею празднования Денька мамы. Сенатор Генри Мур Теллер именовал идею «ребяческой», «полностью абсурдной» и «пустой».

Любой денек для меня — денек мамы,

— объявил он тогда.

Сенатор Джейкоб Галлинджер счел саму идею празднования Денька мамы оскорблением, как как будто его память о его покойной мамы «могла быть сохранена лишь при помощи некий демонстрации в воскресенье, 10 мая».

Негативная реакция не приостановила Джарвис. Она заручилась поддержкой нескольких публичных организаций, в том числе Глобальной ассоциации воскресных школ, и в 1914 году резолюция о внедрении праздничка прошла через Конгресс без особенного сопротивления. Президент Вудро Вильсон объявил Денек мамы государственным праздничком.

Вудро Вильсон

Цветочная промышленность мудро поддержала инициативу Джарвис на ранешних шагах. Сама Анна воспринимала их пожертвования и в свою очередь выступала на их конгрессах. С каждым следующим Деньком мамы ношение гвоздик сделалось неотклонимым обрядом. Флористы по всей стране моментально распродавали белоснежные гвоздики ко Деньку мамы, а в газетах начали писать о спекуляциях.

Позже предпринимателям в цветочной промышленности пришла мысль расширить реализации, и они стали продвигать практику ношения бардовых гвоздик либо ярчайших цветов в честь {живых} матерей и белоснежных цветов в память о погибших.

У Анны Джарвис, которая вначале сама же находила поддержки у промышленности, возникло чувство горьковатого расстройства. Выдуманная ей мысль уже совершенно не принадлежала ей, а сам праздничек развивался совершенно не так, как ей бы того хотелось.

Дама была опечалена тем, что он употребляется в коммерческих интересах. Она желала, чтоб Денек мамы был «деньком сантиментов, а не прибыли». Начиная приблизительно с 1920 года, она стала призывать людей не брать цветочки и остальные подарки для собственных матерей и выступила против собственных бывших коммерческих партнеров.

Она именовала садовников, производителей поздравительных открыток и кондитерскую индустрия «шарлатанами, бандитами, пиратами, грабителями и термитами, которые собственной алчностью подорвут одно из самых красивых, великодушных и настоящих движений и торжеств».

В пику цветочной промышленности она сделала тыщи значков с изображением белоснежной гвоздики, которые она безвозмездно разослала дамским, школьным и церковным организациям. Она попробовала убрать предпринимателей, угрожая подать в трибунал, также зарегистрировать товарный символ на цветок гвоздики совместно со словами «Денек мамы».

В ответ на ее юридические опасности ассоциация флористов предложила ей комиссию с реализации гвоздик ко Деньку мамы, но это лишь только еще более разозлило ее. Пробы Джарвис урезонить бизнесменов тоже оказались напрасными — в регистрации товарного знака ей было отказано.

Борьба с сиим «испорченным» праздничком перевоплотился фактически в назойливую идею. Анна была так недовольна происходящим, что в 1923 году даже была арестована за дебош во время празднования Денька мамы — она пробовала оборвать торжества.

Случилось это во время мероприятия одной из благотворительных организаций, которые употребляли Денек мамы для сбора средств. Правоохранительные органы вывела ее с собрания солдатских матерей и арестовала за нарушение публичного порядка за ее пробы приостановить продажу гвоздик.

В 1935 году она даже написала статью с осуждением Элеоноры Рузвельт за то, что та употребляла Денек мамы для сбора средств в пользу благотворительных организаций, которые боролись с высочайшим уровнем материнской и детской смертности.

Элеонора Рузвельт

По драматичности судьбы, конкретно такую работу при жизни делала и мама Анны. Еще в 1858 году, будучи беременной своим шестым ребенком, Энн Джарвис открыла материнские организации в городках Графтон, Прунтаун, Филиппы, Феттерман и Вебстер.

Она и дамы из остальных регионов присоединились к растущему движению за публичное здравоохранение в Соединенных Штатах. Не считая того, эти общества собирали средства для покупки фармацевтических средств и содействовали найму помощниц для работы в семьях, где мама серьезно болела.

Энн Джарвис, мама Анны

Они разработали программки проверки молока за длительное время до того, как возникли муниципальные требования. Члены клуба посещали домохозяйства, чтоб поведать матерям и их семьям о методах улучшения санитарных критерий и общего состояния здоровья. Членов общества консультировал также брат Джарвис, Джеймс Ривз, — доктор, узнаваемый собственной работой в борьбе с эпидемиями брюшного тифа на северо-западе Вирджинии.

В 1934 году Почтовая служба Соединенных Штатов выпустила марку в честь Денька мамы. Для изображения была применена картина, в просторечии известную как «Мама Уистлера» (подлинное заглавие — «Аранжировка в сероватом и черном № 1. Мама художника») художника Джеймса Уистлера. Джарвис пришла в ярость опосля того, как увидела получившуюся марку, поэтому что посчитала, что добавление на изображение вазы с гвоздиками было рекламой цветочной промышленности.

Картина Джеймса Уистлера

Безупречным празднованием Денька мамы для Джарвис было бы посещение родного дома либо написание длинноватого письма мамы. Она вытерпеть не могла тех, кто продавал и употреблял поздравительные открытки.

Неискренняя распечатанная открытка либо готовая телеграмма ничего не значат, не считая того, что вы очень ленивы, чтоб писать даме, которая сделала вам больше, чем кто-нибудь иной в мире! Неважно какая мама предпочла бы строку худших каракулей отпрыска либо дочери, чем какую-либо прекрасную поздравительную открытку,

— с негодованием отмечала она.

Почтовая марка ко Деньку мамы, 1934 год

Свое состояние Анна в итоге растеряла в нескончаемых судебных баталиях. Она даже пробовала официально на муниципальном уровне запретить Денек мамы. Во время 1-го из ее крайних общественных выступлений Джарвис была увидена ходящей от двери к двери в Филадельфии и собирающей подписи под петицией о отмене Денька мамы. В крайние годы жизни она стала затворницей.

Их Джарвис провела в приюте на Маршалл-сквер, сейчас закрытой психиатрической лечебнице в Западном Честере, штат Пенсильвания. Она погибла 24 ноября 1948 года. Посвятив всю жизнь поначалу организации, а позже попыткам запретить Денек мамы, сама Джарвис так и не вышла замуж и не родила деток.

Могила Анны Джарвис

Ей так и не произнесли, что ее счет за время, проведенное в приюте, отчасти оплатила группа признательных флористов.

Источник: znamenitka.ru